Таких веселых страшных чтений еще не было! Да и вообще ничего подобного не было давно...
В группе чтений https://vk.ru/scary_stories_club можно найти отчеты, фотографии и даже некоторые тексты. Особенно был хорош на открытии конференц-феста Рональд Четвинд-Хейс - в прекрасных переводах Александра Глазырина и Романа Гурского. вот уж где и смешно, и страшно!
А финалом феста стала экскурсия "Страшные советские вещи", которую мы устроили вместе с директором "Музея Плюшкина" Денисом Ильиным
Пока только перечень мероприятий и программа тверских научных чтений - московскую часть феста (заседания в ИМЛИ) распишу отдельно, когда будет готова программа. 28 октября будет онлайн-трансляция (см. на сайте imli.ru)
Смешное в страшном /
Страшные чтения III
Конференц-фест
Москва-Тверь, 28 – 31 октября 2026
28 октября. Заседания в ИМЛИ РАН
29 октября
Клуб Big Ben (Тверь, улица Брагина, д. 2)
Торжественное
открытие конференц-феста
Ужасное и комическое
18-30
Литературные чтения Проза, поэзия, переводы
Ведущий
– Роман Гурский
Участвуют – Марина Батасова, Григорий Бакус, Александр Глазырин, Алексей Горобий,
Роман Гурский, Анастасия Липинская, Эмилия Макарова, Ольга Нек, Сергей Олешко
https://ripol.ru/books/28/3811/
Еще я видел анонс омнибуса из трех сборников "Лучники" (Ваш покорный слуга - тоже в числе составителей, переводчиков, комментаторов; ну, и автор предисловий вдобавок)
Серия называется "Темная классика", что приятно напоминает чудесный проект под названием "Странная классика", который далек от завершения... Там же вышел еще том Блэквуда https://ripol.ru/books/28/3783/ (меня как-то многовато во всех лицах...)
Но тринадцать лет! Без комментариев...
Работа над дополнительным томом собрания сочинений Артура Мейчена идет у меня медленно. Нет, эссе и рассказы все переведены: сборники "Война и христианство", "Собака и утка", "Заметки и наблюдения" полностью; рассказы, вошедшие в полное издание "Смешилок и страшилок", автобиографические очерки разных лет... Этого уже достаточно, казалось бы... Но вот "Дом сокровенного света"... С ним-то как быть? Перевод единственного романа Мэйчена, неизвестного российским (да и многим другим) читателям, требует все новых и новых разысканий, а Юрия Николаевича Варзонина, который меня раньше консультировал, уже нет - и спросить некого. Поэтому книгу я так и не сдал. Но не теряю надежды.
А пока - еще одна малоизвестная история из еженедельника "График"...
Близнецы
Это была совершенно правдивая история о близнецах, маленьких мальчиках лет десяти-двенадцати. В один прекрасный день, две или три недели назад, Джек и Джим, или как там их звали, развлекались в разных кварталах своего провинциального городка. И в определенный час, скажем, в три часа дня, Джека переехал мотоцикл, и он сильно пострадал, а Джим упал со стены и сильно ушибся. Их сфотографировали лежащими на соседних койках в больнице, и я надеюсь, что сейчас у них все хорошо.
И вот антология 1976 года, первая работа Пейджа для серии ежегодников. Рассказы очень разные - от смешных до страшных, от фэнтези до мейнстрима. Особое внимание рекомендую обратить на первый рассказ. Джо Пумилиа здесь "прыгнул выше головы" - получился оригинальный и страшный текст. Книжку я перевел почти всю (три рассказа в старых переводах отмечены особо), прочитать ее можно здесь
А вот предисловие Пейджа - отдельно...
Я уже довольно давно занимаюсь переводом антологий "Лучшие рассказы ужасов". Первый выпуск (антология 1971 года под редакцией Р.Х. Дэвиса) можно прочитать здесь. С четвертого выпуска антологии редактировал Джеральд Пейдж - и это едва ли не самый интересный эксперимент по синтезу жанров, который мне случалось наблюдать. Антологии Пейджа я когда-нибудь сделаю целиком, если время будет. А пока приведу один текст, напечатанный в четвертом выпуске ежегодника - размышление Э. Хоффмана Прайса о биографиях Лавкрафта, кое-что проясняющее в дискуссиях 1970-х, обострившихся после первого всемирного конвента любителей фэнтези в Провиденсе. Да и оценки Прайса более чем любопытны.
Родившийся в 1898 году Э. Хоффман Прайс продал первый рассказ в «Вирд тейлз» еще в 1924 году. Он был близким другом легендарного редактора журнала, Фарнсуорта Райта, и многих ведущих писателей, включая
Г. Ф. Лавкрафта и Роберта И. Говарда. В 1930-х годах Прайс считался одним из самых успешных сочинителей в Америке, он публиковал свои работы во многих ведущих журналах. Сегодня Прайс живет недалеко от Сан-Франциско; там он и написал нижеследующую статью – как раз перед тем, как в одиночку отправиться в автомобильное путешествие по стране, чтобы навестить старых
друзей и надписать экземпляры недавно вышедшей книги «Далекие страны, иные времена" ("Каркоза пресс").
Работа
Лонга ценна тем, что (за одним
возможным исключением) он знал ГФЛ так,
как никто другой. Работа Л. Спрэг де Кампа ценна тем, что он не знал – повторяю, не знал – ГФЛ. Эти две работы дополняют друг друга;
каждая из них
важна для понимания
другой.
Я провел в обществе ГФЛ в общей сложности пять дней. Мы встретились в Новом Орлеане в июне 1932 года и снова в Провиденсе на празднике четвертого июля 1933 года. Возникшее тогда ощущение обаяния и открытости этого человека, его доброты, дружелюбия, уникальности его личности – не исчезло за сорок три года, прошедшие с нашей последней встречи. Благодаря переписке, которая оборвалась лишь за месяц до смерти ГФЛ, мое представление о необычных дарованиях ГФЛ расширилось.
А вот и второй, даже в наследии "Сибрайт" стоящий особняком. Все любители фэнтези узнают источник вдохновения и угадают цитаты - но знакомый сюжет дополнен изящными метафорами Контакта, и весь рассказ о коммивояжере, который хотел продать веревки гнолам, читается сквозь призму НФ 1950-х.
Да, я давно обещал сделать сборник Сент-Клер, и обещание понемногу выполняю...
Человек, который продавал веревки гнолам
Мортенсен решил навестить гнолов в четверг утром. В среду вечером он изучил «Руководство по современному управлению продажами», особо отметив некоторые моменты.
Еще одну?
А Молзберга я непременно переведу еще - и старые свои переводы тоже соберу; писатель в высшей степени достойный
Далеко
Меня зовут Джозия Бушнелл Гриннелл. В 1853 году, откликнувшись на призыв знаменитого Горация Грили, издателя «Нью-Йорк трибьюн», я отправился в новый штат Айова и основал там город и колледж. «Ступай на запад, юноша, ступай на запад и расти вместе со страной», — сказал Грили, и я, будучи юношей серьезным, воспринял его слова всерьез. Каково же было мое удивление и разочарование, когда я уже обосновался там, где растет высокая кукуруза, – и узнал, что Грили украл эту фразу у малоизвестного журналиста из Индианы по фамилии Соул и выдал ее за свою. Если бы я знал об этом, то, возможно, отправился бы в Индиану.
Повелитель демонов
В аду существует иерархия, и Герман Пражский знал об этом, но не понимал, как там все устроено. Это история о его гордыне, невежестве и о том, к чему они привели. Возможно, он родился в Праге, но в конце жизни жил в одиночестве в пещере, вырубленной в скале на западном побережье континента, омываемом морем.
Ключом ко всему была его стеклянная башня — высокая спираль, поднимающаяся из колбы с пурпурной жидкостью. Без нее пергамент Андромедеса был бы бесполезен — он остался бы просто набором невнятных слов в темноте.
Даже обретение записок мрачного грека стало итогом работы со стеклянной башней. Ходили слухи, доносились отдельные намеки, но ничего не получалось, пока Герман не зажег масляную лампу под основанием спирали. Затем он разделся догола, смазал тело жиром и белладонной и лег на кушетку, наблюдая за тем, как пузырится и бурлит пурпурная жидкость, освещенная единственной лампой. По мере того как в закрытой колбе поднимались тягучие цветные пятна и наркотик начинал действовать, Герману казалось, что спираль становится все длиннее, а его разум уносился за пузырьками ввысь, к источнику шума и шепота. Со временем лампа прогорела, и жидкость вытекла обратно в резервуар, но, проснувшись, Герман уже знал, где спрятана рукопись и как ее достать.
Тем не менее прошло три года, прежде чем пергамент оказался у Германа в руках, но спорить с неизбежным — значит попусту тратить время, а другого выхода не было. Ему открылась краткая хроника обретений и утрат, мудрости, оказавшейся бесполезной из-за недостижимости поставленных целей. Среди греческого текста выделялась одна строчка на латыни, и отнюдь не позднейшее пояснение – латинские слова тоже были написаны неразборчивым почерком Андромедеса: QUICVNQVE+DAEMONEM+LVCCAE+DOMINVM+CLAMARE+FECERIT+CONSPICABITVR+POTESTATEM+INFINITAM. «Кто заставит дух Лукки воскликнуть «Повелитель!!» – обретет безграничную силу».
Имена многих писателей-фантастов в читательском сознании ассоциируются с определенными жанрами: боевик, героическая фэнтези, магический реализм... А между тем эти писатели сочиняли (а некоторые сочиняют до сих пор) странные и страшные рассказы. Ничего подобного читатели не ожидают - и зачастую не замечают интересных книг хороших авторов. Просто потому, что книги эти "не такие"... Сегодня начнем наш экскурс с замечательного автора легкой фэнтези, создателя "Легенд Эштара". Лоуренс Уотт-Эванс свои страшные и смешные рассказы назвал "токсичными". И собрал их в большой и занятной книжке "Hazmat & Other Toxic Stories" (2016).
Рассказ совсем короткий, ничего особенного в нем нет - в книге есть куда более интересные работы. Но представление о писателе он все-таки меняет... Уотт-Эванс это хорошо понимал - и выпустил книжку самиздатом, без всякой рекламы. Рекомендую - чтение очень увлекательное!
Наверху
Они там, наверху, такие шумные. Кричат, ругаются, а потом еще
этот грохот — наверное, народные танцы или что-то в этом роде.
Могли бы
хоть немного потише себя вести, а?
А еще был
случай, когда они забыли выключить воду, и она потекла с потолка в ванной и чуть не затопила весь дом. И,
конечно, это случилось в выходные, и мы не могли связаться с хозяином до
понедельника — нет, до вторника, выходные как раз были длинные! А еще всю раковину и пол засыпало мокрой штукатуркой. И повсюду пятна!
Говорю вам,
если бы мы нашли приличную квартиру, то давно бы уже съехали из этой дыры.
А они даже
не разговаривают с нами, когда мы встречаемся в коридоре. Когда я кричу на них,
они просто проходят мимо, будто даже не слышат меня. Я как-то раз поднялся к
ним, чтобы пожаловаться, но они не открыли дверь.
Может, они
были заняты. Кажется, у них сломался холодильник или что-то в этом роде, потому
что даже через закрытую дверь я чувствовал какой-то гнилой
запах.
Не очень-то
они следят за чистотой.
В общем,
сегодня чаша моего терпения переполнилась: они опять орали и пели эту ужасную
визгливую песню, вроде тех, которые воют арабы в старых фильмах, а потом
начали грохотать, и, клянусь, я слышал, как ломается мебель.
– С меня
хватит, — сказал Джек, и я согласился, что ему стоит вызвать полицию, но он
ответил, что разберется сам, и пошел туда.
Они снова
начали орать и стучать, но потом все стихло. Похоже, Джек их урезонил.
Но я бы
хотел, чтобы он поскорее вернулся. С
потолка опять что-то капает.
Но это не
вода, наверное, краска.
Ярко-красная…
Многие считают книгу
Блэквуда традиционной автобиографией. Для меня такое определение более чем сомнительно.
Выдающийся писатель не просто рассказал об отдельных происшествиях своей
юности, но и попытался передать читателям уникальный мистический опыт. Поэтому
в настоящем издании я отказался от иллюстративного материала, указателей и
подробных примечаний. Если кого-то заинтересуют реальные обстоятельства жизни
Блэквуда в Америке – лучше обратиться к книге Майка Эшли «Элджернон Блэквуд.
Необычайная жизнь». В биографическом повествовании Эшли книга «До тридцати»
рассматривается как документальный источник; там предложены дополнения и
пояснения, раскрыты некоторые ошибки и умолчания мемуариста.
Мне ближе точка зрения
Гэри Лэчмена, который считал «автобиографию» мистическим романом — именно
благодаря этому роману Лэчмен смог развить противопоставление Блэквуда и
Мэйчена в книге «Темная муза». Выводы Лэчмена, впрочем, мне не кажутся убедительными
– и Блэквуд не был таким уж «оптимистом», и «пессимизм» Мэйчена сильно
преувеличен.
Я снабдил текст
немногочисленными комментариями, которые проясняют источники вдохновения
Блэквуда и содержат сведения о ключевых персонажах романа, которые могут быть
неизвестны читателю; если кого-то заинтересует фактография – лучше подождать
русского перевода упомянутой книги Майка Эшли.
Теперь на русский язык
переведены автобиографические повествания двух классиков «темной литературы».
На очереди — трилогия лорда Дансени; впрочем, его книги в большей мере
соответствуют традиционному пониманию автобиографии и для меня представляют
куда меньший интерес, чем мистические и философские повествования Мэйчена и
Блэквуда.
Книжка выйдет в известной серии в ближайшее время - а пока можно прочитать первую главу.
Я в свое время составил совсем другую книгу - возможно, она когда-нибудь выйдет и даст читателям полное представление о творчестве замечательного писателя.
А вот предисловие Кинга вполне занятное, можно его прочитать:
Сорочан А. Ю. История, время, литература: трансформации темпоральности: Монография. — М.: ООО «Сам Полиграфист», 2026. — 308 с. (История и теория репрезентации. Вып. 1).
Основная проблема, которой посвящено это исследование, связана с художественными стратегиями сюжетной репрезентации времени в литературе, а также с пространственно-временными соотношениями, восприятием и мифологизацией исторических построений, этическим осмыслением прошлого. Почти все разделы написаны в последние 10 лет, после выхода в свет монографии А.Ю. Сорочана «Формы репрезентации истории в литературе XIX века». В книге отражены основные направления работы научной школы «История и теория репрезентации». Рассматриваются как классические, так и малоизученные тексты, предлагаются новые подходы к осмыслению истории и времени в литературе.
ISBN 978-5-00227-769-8
Страшные
чтения II. Ужас и сакральное: Статьи и материалы / Ред.
А.Ю. Сорочан. —Тверь; M.: OOO
«Сам Полиграфист», 2026. — 212 с., илл.
Сборник
выпущен по итогам второго конференц-феста «Страшные чтения», состоявшегося в
Твери 29-31 октября 2025 года. Научная конференция и литературные чтения были
посвящены теме «Ужас и сакральное». Изучение «священного ужаса» основывается на социологических,
гносеологических и эстетических установках и строится с учетом разнообразных
материалов — от романтических повестей до газетных статей, от обрядов до ролевых
игр.
Книга будет доступна в группе ВК https://vk.com/scary_stories_club
Следующие Страшные чтения - 28-31 октября. Объявление вывешу позднее
Содержание
Трансляцию можно посмотреть здесь: https://vk.com/konfer_bb
Тверской
государственный университет
Филологический
факультет
Кафедра
истории и теории литературы
*
Институт русской литературы (Пушкинский Дом) Российской академии наук
*
Институт филологии и истории Российского государственного гуманитарного университета
Своевременность
как сюжет
Научная конференция
с международным участием
Тверь
9 апреля
Клуб
BIG BEN (Тверь, ул. Брагина, д. 2)
Открытие конференции
Ведет заседание Светлана Анатольевна Васильева
Антологии наглядно отражают не только эволюцию жанра, но и попытки расширить границы хоррора. Дэвис попытался объединить под одной обложкой "страшное" и "фантастическое", отдавая предпочтение "престижным" публикациям (он брал много рассказов из дорогих книг в твердых переплетах и из журналов вроде "Плейбоя"). Итогом стало существенное изменение представлений о хорроре - истории о привидениях соседствовали с рассказами о фантастических изобретениях, а "страшные" сюжеты помещались в научный контекст (это могли быть и гуманитарные, и точные науки). Проект Дэвиса был интересен, но требовал значительных усилий, вдобавок "мейнстрим" не давал достаточно материалов для составления антологий "лучшего за год".
Джеральд Пейдж существенно изменил концепцию - его журнальные проекты ("Ковен 13/ Колдовство и чародейство") позволяют оценить новаторство редактора. Все антологии Пейджа достойны внимания - внесерийные книги "Героическая фэнтези" и "Миры, лишенные имен" посвящены другим жанрам (фэнтези и мистика), но общие установки имеются. Пейдж выбирал рассказы, в основе которых - "странные" идеи, подкрепленные очень тщательной проработкой деталей (недаром рассказы в антологии фэнтези сопровождаются комментариями мастера-оружейника). Синтез вирда и хоррора, предложенный в четырех ежегодных антологиях, вызвал значительный интерес аудитории, но ужасов в книгах становилось все меньше...
Вагнер первоначально попытался продолжить линию, намеченную Пейджем. Р. Кэмпбелл, Э. Бертен, Х. Эллисон, Д. Этчисон публикуются в его антологиях, "странные" рассказы создают ощущение "неуютности", "неприкаянности", эффект "вторжения извне" разрабатывается с завидным постоянством. Но постепенно (мне кажется, после 15-го выпуска) стиль антологий (и принципы отбора текстов) меняются. Интерес к внешним проявлениям странности, к жестокости и черному юмору преобладает - и Вагнер утрачивает аудиторию. В начале 1990-х годов он утратил преимущество на рынке антологий. Можно сказать, что проект умер сам, и это не связано напрямую со смертью редактора. Антологии С. Джонса, Э. Датлоу и других приобретают все больший вес, а серия Вагнера постепенно лишается аудитории. Не помогает даже существенное увеличение объема - достаточно посмотреть на списки "премиальных" рассказов: в первых томах антологии их было значительно больше. А теперь - чрезмерная жестокость отпугивает любителей мистики, а "странные" рассказы не пользуются популярностью у поклонников традиционного хоррора. Вагнер попытался угодить всем - а это ничем хорошим закончиться не могло.
Чтобы подтвердить свои теории, я решил перевести несколько антологий из этой серии. Разумеется, не все - времени не так много, да и гонорар мне за это никто пока не платит. Конечно, четыре антологии Пейджа со временем сделаю - они представляют огромный интерес. А начну с самой первой антологии Дэвиса, в которой читатели найдут "стандартный" (хотя и очень недурной) рассказ Р. Блоха, одну из ранних "странных" историй Р. Кэмпбелла (в "Шраме" он попытался - как мне кажется, не вполне удачно - использовать приемы Э.Г.Мейерштейна и других авторов 1920-1930-х годов, объединив их с "послевоенным" материалом), канонический рассказ Э. Бертена, фантастику Р. Нортона и Э.Ч. Табба, лавкрафтианский пастиш Б. Ламли - и один из самых эффектных рассказов классической серии "историй о привидениях" - "Когда наступит утро...". Есть блестящие рассказы о детях (особенно "Тихая игра" С. Фремлин) и вечнозеленая классика ("Жертва" Р. Матесона). В общем, это нескучная и оригинальная книга, помогающая понять перспективы развития хоррора и вирда в 1970-х
Прочитать антологию можно здесь. Там же появятся и остальные переводы в рамках этого проекта
***
В последнее время вал нейропереводов захлестнул сеть. Не спорю, искусственный интеллект очень помогает в работе, и я пользуюсь онлайн-словарями, конечно. Но труд энтузиастов, с одной стороны, как-то неловко осуждать (люди искренне интересуются теми или иными авторами и жанрами, по большей части работают на чистом энтузиазме...), а с другой стороны, и похвал этот труд не заслуживает (я как-то посмотрел высоко оцененные читателями нейросетевые переводы рассказов "Новой волны" - и обнаружил, что прямых ошибок нет, а количество недочетов переходит в качество. Вместо авторского текста получается несомненная ересь). Подсчитывать промахи ИИ я не собираюсь - время дорого. Но и читать такие переводы - лично я не могу... В общем, в антологиях я по-прежнему использую некоторые старые переводы рассказов, разумеется, указывая переводчиков. Что-то со временем допереведу, но по крайности это будет мой перевод, а не создание электронного мозга, которому место в рассказах ужасов и в странных историях.. .
Ефим Павлович был не самый простой и не идеальный человек, но когда талантливые люди бывали "простыми" и "идеальными"? Любителям вирда очень рекомендую в книге прочитать рассказ "День IV". Е.П.Б. считал его своим лучшим прозаическим произведением и часто читал на публике. Первый раз от этого жуткого чтения мне стало физически плохо - текст действительно тяжелый и страшный, а в исполнении автора он звучал совершенно макабрически (по-моему, в сети даже есть видео). Сюжет узнаваем - но дьявол, как обычно, кроется в деталях.
Вечная память замечательному человеку, поэту, писателю и переводчику! Я давным-давно написал о Е.П.Б. небольшую статью, она должна была выйти в РИПОЛе в приложении к одному из переводов Беренштейна. Но - пока этого не случилось, возможно, и не случится... Но сами-то переводы остались, как и стихи и проза... А вот страница Беренштейна в "Филологическом некрополе".
Конференция в рамках проекта ИМЛИ состоялась 3-5 марта.
Программа здесь: https://imli.ru/images/Программа_конференции_Фантастическое_2026_1.pdf
Было интересно - пожалуй, более занимательно, чем в прошлом году. Конечно, программа огромная, и среди докладов проскальзывало нечто вроде "Бахтин устарел лет десять назад" и "Все инклинги разделяли единое представление о фэнтези". Но были и очень интересные сообщения, хотя теория, как мне показалось, изрядно оторвана от практики - иногда теоретические построения глобального характера выстраивались на основе 2-3 текстов. Однако даже сомнительные доклады содержали элемент провокации и научная дискуссия задалась...
Я выступил с докладом "От теории экстаза к теории пространства: автобиографии Артура Мейчена". Вероятно, со временем эта работа появится в печати - в серии Codex Manuscriptus или в каком-то другом издании. Закончил очередную монографию... Но информацию о ней пока не выкладываю - в издательство не сдана.
